Российские лесные вести №10, 15 марта 2013: На двойной тяге

Учить языки и слушать лекции в других университетах призывает молодежь профессор Романов. Евгения Михайловича, встретив однажды, не забудешь. Он из той породы людей, для кого материальное вознаграждение за их труд не на первом месте и даже не на втором. У таких всегда огромное количество идей, которых хватит не на одну жизнь, а энергия, кажется, с годами не убывает. Трудно поверить, но профессору на днях исполнилось 65 лет.

С Романовым мы беседуем вскоре после того, как в Москве прошел Всероссийский лесной форум. На одной из его секций ректор Поволжского государственного технологического университета выступил с докладом о перспективах развития лесного образования. Реакция слушателей оказалась разной – от бурных аплодисментов до глухого молчания. Главное, равнодушных не было. Что же так задело и тех, и других?

– Я бы свое повествование озаглавил так: время собирать камни. Слишком долго их разбрасывали.

– Библейский подход. К лесному образованию это как относится?

– Сейчас объясню. В советские времена в Российской Федерации было всего лишь 9 вузов, которые специализировались на подготовке кадров для лесной отрасли для всей необъятной России. Причем кадры были высокопрофессиональные, чья подготовка гарантировалась нормальной по тем временам материальной базой, включавшей сеть ботсадов, дендропарков, учебно-опытных хозяйств. Плюс тесное взаимодействие вузов и отрасли, которое заключалось не только в методической помощи, но и в выделении приличных средств, на которые строились учебные корпуса и лаборатории, развивались учхозы. Вузы полностью закрывали потребность в кадрах, чему в немалой степени способствовало распределение. Абсолютное большинство выпускников, почти 100 процентов, оседали в отрасли.

Кроме того, все девять вузов готовили специалистов с учетом условий конкретного региона – Черноземья, центра России, Северного Кавказа, Поволжья, Севера, Сибири, Дальнего Востока, ведь лес – понятие географическое.

– То есть, учебные заведения размещались по экосистемному принципу?

– Да. Таким образом, географическое разнообразие России охватывалось полностью. Толково расположенная сеть служила тем каркасом, который обеспечивал отрасль и кадрами, и научными разработками. Это был очень прогрессивный и умный подход.

Почему я сказал, что время собирать камни? Потому что сегодня в образовании и научном обеспечении отрасли – огромная проблема. Вместо девяти вузов кадры для лесного сектора готовят 57.

– Что-то многовато. Откуда их столько взялось?

– Наша российская беда… Дали свободу – и пошло. Государство одно время вообще ушло из образования, и какой мы видим результат? Сегодня редко кто не записался в студенты, высшее образование стало массовым, хотя, заметьте, в СССР его получали не более 15-20 процентов выпускников школ.

– И толку от этой массовости! Готовят много, а специалистов нет.

– В этом вся соль. Если в Поволжье работал один вуз лесотехнического профиля – марийский, то в последние годы возникло еще шесть… Преподавательских кадров больше не стало, материальная база не увеличилась.

– Произошло распыление ресурсов, если взглянуть с позиций здравого смысла. Никому от этого не хорошо.

– Все это понимают, и на круглом столе форума развернулась дискуссия. Ректор Санкт-Петербургского государственного Лесотехнического университета им. С.М. Кирова, широко известного как ЛТА выступил с идеей создания на базе его вуза национального федерального исследовательского университета. Он считает, что вокруг такого учебного заведения сконцентрируются кадры и база, и проблема решится. Московский университет леса предлагает сделать подобное на своей базе.

– То есть, старейшие профильные вузы в центре процесса видят себя.

– Ну конечно, и это можно понять. Академия вообще двухсотдесятилетие скоро отметит! Но резонно ли концентрировать всё лесное образование только в столицах? Думаю, это не лучший вариант. Я бы считал разумным вернуться к экосистемному принципу размещения ведущих высших учебных заведений лесного профиля.

– Вы предлагаете волей государства закрыть десятки новых вузов?

– Это нереально и невозможно. Речь о том, что в регионах есть вузы (не обязательно те, что существовали в доперестроечное время), которые заметны своей инновационной активностью. Я предложил осмыслить идею организации на их базе межрегиональных отраслевых образовательных ресурсных центров (сокращенно МОРЦ). Это можно делать либо в рамках федеральных округов, либо по иным принципам.

– Вы в своем Приволжском федеральном округе такую тропинку уже протоптали. Насколько мне известно, у вас сложился многоуровневый образовательный комплекс – от подготовки рабочих до докторов наук. Вовлечены даже школьные лесничества. Плюс научно-образовательные разработки.

– Можно добавлю? Разработки, объем которых в 2012 году превысил 200 миллионов рублей.

– Красивая цифра.

– На форуме о нашем опыте я и докладывал. Что такое МОРЦ? По сути, МОРЦ – интегрирующее начало. Он может объединить вокруг себя все лесные школы, техникумы, лесные вузы региона, то есть составить образовательное ядро. Государство все равно не найдет ресурсов, чтобы в равной степени обеспечить 57 высших учебных заведений, которые готовят для лесной отрасли.

– Даже если бы и нашло, это надо?

– Наверное, и не надо. Бакалавры, кстати, вполне могут учиться близко к дому, в своем областном центре, а вот доводка на самом высоком уровне, то есть магистерская подготовка, должна происходить в этих центрах. В том числе – и переподготовка преподавателей. К слову, за прошлый год силами МОРЦ мы переподготовили 287 человек, из них 187 – преподаватели лесных техникумов из 32 регионов, расположенных в пяти федеральных округах. При таком подходе получается полный цикл, кроме того, обеспечивается доступность образования.

На круглом столе я сказал, что при всем уважении к МГУЛ, ЛТА давайте будем честны: ну кто сегодня из столиц поедет работать в глушь? Допустим, создадим федеральный университет. Но решим ли таким образом проблему? Полагаю, не решим. Это нереалистично – думать, что в Москве или Питере вырастут специалисты лесного хозяйства для всей страны, которые отправятся в регионы. Где выпускники такого университета будут работать?

– Консультантами в торговле.

– Во всяком случае – не в лесу. В регионах же другая ситуация и другие цифры. У нас, например, 75 процентов выпускников устраиваются на работу на предприятия и в организации отрасли, это очень много. Разумеется, не факт, что все они там и задержатся, но это уже не наша вина. Я убежден, что без крепких профильных региональных вузов, готовящих специалистов лесного хозяйства, отрасль не поднять, не сделать инновационной и высокодоходной.

– Вы имеете в виду, что такого рода многоуровневые образовательные центры, в которых будут сосредоточены интеллектуальные и материальные ресурсы, разумно размещать в регионах?

– Именно так. На круглом столе я позволил себе сказать, что федеральный университет – дело, наверное, хорошее, но не совсем реальное. Вряд ли всё же руководство страны сделает такой реверанс в сторону леса. Поэтому предпочтительно другое направление, а именно: создание соответствующего центра для Севера – в Архангельске, для Сибири – в Красноярске, для Северо-Запада – в Петербурге, для центрального региона – в Москве. При этом ничьи права и самолюбие ущемлены не будут, а решить проблему подготовки кадров меньшими ресурсами мы сможем. По крайней мере, попытаемся это сделать. На мой взгляд, государство должно обратить особое внимание на поддержку ведущих региональных университетов, которые обеспечивают кадрами не одну область или республику, а целые федеральные округа, отрасли.

– То есть, вы призвали к реализму. Как восприняла аудитория?

– Очень поддержали коллеги из Карелии, с Урала, из других регионов. Хотя я понимаю, что понравилось не всем.

В последнее десятилетие Россия стремится войти в европейское образовательное пространство, ради этого мы вступили в Болонский процесс. На Западе какой специалист ценится? Тот, который хотя бы один, а лучше – два курса проучился в другом университете. Допустим, начал изучать лесное дело у себя в Дрездене или Фрайбурге, а продолжил в Хельсинки. Или в Йоэнсуу. В Европе очень активно идет процесс обмена студентами. В родной стране с такой мобильностью не блестяще. Ну не владеют наши ребята иностранными языками в достаточной степени! Правда, это не единственная причина академической оседлости.

К сожалению, от Европы мы тут очень отстаем. Жаль, ведь без мобильности продвинуться в современном лесном образовании трудно. В чем ее преимущество? В одном сильном вузе (речь о них!) одно уникально, в другом – другое, и в каждом студент получит лучшее. Классного специалиста вырастим! Не владеют языками? Во-первых, пусть учат, никаких преград к этому не существует, было бы желание. Во-вторых, пусть перемещаются хотя бы в пределах родной страны. Благо, система подготовки, о которой мы с вами говорим, предоставляет им такую возможность. Я вообще горячий поклонник любой академической мобильности. Окукливание – это страшно! Чтобы не вариться в собственном соку, надо ездить. И главное – учиться у тех преподавателей, которые на данный момент в своей области самые продвинутые. Этим достигается большой прогресс в приобретении знаний, расширяется горизонт.

Мне очень жаль, что, хотя об академической мобильности твердим давно, в масштабах страны она по-прежнему почти незаметна. Сетевое взаимодействие – на той же позиции, хотя в рамках межрегиональных ресурсных образовательных центров можно было бы употребить мощь всей сети. Если говорить о ПГТУ, то такие возможности мы стараемся использовать изо всех сил.

Я рад, что в этом вопросе мы единомышленники с очень уважаемым мною человеком – ректором Института повышения квалификации профессором Анатолием Петровым. Договорились с ним о магистерской программе государственного управления лесами для студентов ПГТУ. Магистр учится два года, и каждый год один образовательный модуль будем полностью отдавать институту, которым Анатолий Павлович руководит. Так как у него есть юристы, экономисты и сам он – личность, то на этой двойной тяге будем готовить управленцев.

– Образовательные центры, о которых вы так горячо говорите, подразумевают материальную базу.

– Обязательно. На круглом столе я поднял вопрос о наличии опытных полигонов. Смотрите, говорю, на всю Россию – 8 учебно-опытных хозяйств при вузах. Что, отрасли трудно общими усилиями сделать эти площадки эталонами ведения лесного хозяйства? Обеспечить их нормальной техникой и технологиями, чтобы со всей страны ехали не только студенты учиться, но и переподготовку можно было проводить? Нам необходимы профильные (лесопожарные, лесопитомнические, лесозаготовительные, лесовосстановительные) опытные полигоны и учхозы. Современная материальная база даст возможность внедрить модульную систему формирования профессиональных компетенций. Правда, для этого требуется рассмотреть вопрос о целевом финансировании со стороны Минобраза и Рослесхоза.

– Какие программы можно развернуть на базе учебно-опытных хозяйств?

– Три назову сразу: управление огнем в лесу, теплично-лесопитомнические комплексы, лесная биотехнология.

Вот, допустим, бич последних лет – лесные пожары. Проблема эта в условиях изменения климата никуда не денется, значит, надо уметь справляться с ней. Нужна специальная подготовка, которую могут проводить только лесные вузы. Сегодня никто не учит студентов практике борьбы с огнем в лесу, и техники соответствующей нет. Мы предлагаем: давайте во всех этих восьми учебно-опытных хозяйствах создадим реальные модельные полигоны.

– И что? Получается?

– Пока нет. Бюджетный кодекс не позволяет выделять деньги для таких целей напрямую. Но ведь эту проблему можно решить!

Следующая ситуация – Россия строит современнейшие лесные селекционно-семеноводческие центры. Восемь в разных регионах страны уже действуют, программа продолжается. А кто готовит кадры для них? Никто. Поэтому в рамках МОРЦ строим аналогичный комплекс у себя в ботаническом саду, в апреле запустим его в эксплуатацию. На современном оборудовании будем готовить там бакалавров для всей России по тепличному хозяйству и магистров по программе, которая так и называется, – теплично-лесопитомнический комплекс, включая получение элитных семян и сеянцев методом invitro.

Хочу подчеркнуть, что особый упор делаем на информационные технологии. У нас мощный образовательный портал, там представлены уникальные разработки в области ландшафтного дизайна, тепличных комплексов. Пользуйтесь!

А что касается сетевого взаимодействия, планируем 2-5 июля организовать на базе нашего учхоза лесное троеборье для студентов техникумов. Одновременно проведем конференцию «Сетевое взаимодействие для подготовки специалистов реального сектора экономики». Может, в этом взаимодействии что-то наконец сдвинется!

Беседовала Елена Субботина.

 

Дата публикации: 21.03.2013

Возврат к списку

© 2006-2016 Поволжский государственный технологический университет, ФГБОУ ВО «ПГТУ».
Почтовый адрес: 424000, Республика Марий Эл, г. Йошкар-Ола, пл. Ленина, дом 3.
Телефоны: (8362) 45-53-44 (ректор); 45-02-72 (приёмная комиссия).

При использовании текстовой информации, фото- и видеоматериалов ссылка на сайт обязательна.

Создание и продвижение сайтов www.citrus-soft.ru